Чтобы не было сил на предательство,
Быть сильнее, чем обстоятельства.
Не бояться собак, ни хозяев их,
Говорить с людьми – не играть немых.

Без боязни сорваться в банальности,
Не кидаться из крайностей в крайности.
Чтобы жить полной жизнью, без прочерков –
Мне чего-то понятного хочется.

03-04.02.09г.
(c) Глазков (Зоркий)

Слушай, воздух замер,
И все дышит смертью.
Краски, вдруг поблекли
И солнце мир не греет.
Все так стало в час когда
Ты не смогла прийти
А в телефоне лишь гудки.
Прошу тебя мне объясни,
Зачем так бог не справедлив,
Свои глаза рукой прикрыв.

Я был всем…
Играл с судьбой и жег мосты
Когда с тобой…
Я был всем…
Не был как все и хоть на дне
Когда с тобой…

Черный, ангел где-то,
Ведь я чую это.
Страшно, оставаться,
Надо всем спасаться.
Может это судный день,
И нет причин стоять
На мостовой тебя встречать.
Но силы просто нет уйти,
Прошу прейди
И все мне это объясни.

Как был всем…
Играл с судьбой и жег мосты
Когда с тобой…
Я был всем…
Не был как все и хоть на дне
Когда с тобой…

Я был всем…
Играл с судьбой и жег мосты
Когда с тобой…
Я был всем…
Не был как все и хоть на дне
Когда с тобой…

17.07.07г. утро. (с) Глазков Зоркий, 2007г.

Мы были, в сущности, мальчишки,
И жизни то не видели.
А нам велели убивать,
И автоматы выдали.

И, вроде, помнят подвиг наш,
Но только нас самих забыли.
Цветы, девятого числа,
Все чаше на могиле…

(с) Зоркий (Глазков)
03.02.06г.

(с) Зоркий, 22.58., 20.12.2005г.

И не навязывай мне правды.

Со мною бой ведь не на равных,

Твой слог – не выше суеты.

Задеть меня? Не надо, право,

И поубавь свой бравый пыл.

Как многих в жизни ты учил,

Не вынимая из оправы?..

Я написал уже сполна,

О пустоте, что окружала не меня.

Мой первый сон всему виной,

И та погасшая свеча

Истлела, как настал рассвет, я встретил музу бытия.

Был как на лезвие ножа,

Как я боялся, как дрожал

И мысли не держал в узде,

Хоть сил и не было уже

Я каждый день писал, творил,

Как я страдал, как я любил,

Всем тем, кому себя отдал,

Я свои строки посвящал.

А каждый новый шрам в душе

Был ударением стиха,

Порой так было тяжело, что слезы капали с листа.

Я, стиснув зубы, воплощал

Все лучшее, что есть в душе,

Но честным был, не забывал, того, кто дал все это мне.

И я менялся, я менял,

Себя в тетрадях оставлял.

Открытым был и без затей,

Чернильных пятен я музей.

Вы видели всю наготу,

Всю злость, и боль, и суету.

Я был, как оголенный нерв,

Питая стаю жадных стерв.

Я благодарен вам, друзья, если сумели рассмотреть

Меня, меж точек и тире,

И суть в затейливой строфе.

Я отложу свой карандаш, и тихо Музу попрошу:

- «Дай мне свободу от себя»…

- «Нет, я тебя не отпущу»…

Вот мой удел: писать, творить,

Иначе не смогу я жить.

Быть может, через сотню лет,

Напишет обо мне поэт.

И будет стих тот лучше всех,

Он вызовет печаль и смех,

Эмоций взрыв и глубину,

Он будет жить, а я умру…

17:00

04.07.07г.

(с) Глазков (Зоркий), 2007

Мой электронный адрес скрыт от ваших глаз.

И места я не занимаю много,

100 килобайт в архиве, в самый раз.

Мой мир на флешке, звуками и фото

Обременяя хост на скачку байт…

А мне хотелось большего чего-то,

But, я, not found, не попасть мне в рай.

По жизни я скитаюсь табулятом,

Третий десяток лет скачками разменял.

Все дело в том, что я был тем форматом,

Который Windows ваш не понимал…

13.12., 30.05.07г.

(с) Дмитрий Зоркий (Глазков)

G. Ray System – Linuxoid

Оставалось два часа до свободы духа,
А в комнате у Влада также уныло и глухо.
И не с кем проститься, некого прощать,
На окнах осень рисовала каплями распятье.
Ему всего 27, но он угас совсем,
Ведь не к чему стремиться, от безразличен всем.
А те, кто были – ушли – из памяти, из жизни,
Но он не стал жестче, может быть чуть капризнее.
Вдруг вспомнил мать, ее глаза, руки,
Раскашлялся, заплакал – не от тоски, от скуки.
Его томила мысль о тех, кто его помнит,
Тех кто его найдет его меж этих серых комнат,
Как их наполнит крик, плачь, но вскоре стихнет,
Все понимали для него один был выход.
Вены, узоры, хруст сухожилий, пена,
Самоубийство – просто шанс сбежать из плена.

Пр. х2
Мы все рождались, умирали, с одной лишь фразой
Сильнее нас любите, сильнее раз от раза.
Хоть мы не боги, не святые, но так похожи,
Ведь все людьми простыми святые были тоже.

Влад не мечтал о будущем, не думал о лучшем,
Все то, чего хотел, заволокло тучами.
В душе томился крик, а в теле – сила,
Корил весь свет за жизнь, ведь не просил он.
Как лист дрожал, пуская в память кроны,
В том парке нет голосов, остались только стоны.
Он уходил в дым, и там рождался,
Не верил и не просил, не ждал, не боялся.
Музыка, рэп, Питер – ностальгия, детство,
Вдруг захотелось жить, текиллы, согреться.
Борьба с больным рассудком, Влад обессилен,
Собой уже не горд, растерзан, противен.
Так близко видел свет и купола за окнами,
Любимая, приди, я умоляю, talk to me.
Только ты пустить по венам мне сможешь ток,
Тебя я чуть не оставил, прости, как я мог!?

Пр. х2
Мы все рождались, умирали, с одной лишь фразой
Сильнее нас любите, сильнее раз от раза.
Хоть мы не боги, не святые, но так похожи,
Ведь все людьми простыми святые были тоже.
22.08.06г.

Источник: http://www.stihi.ru/poems/2006/08/23-2400.html

G. Ray System – Влад (DnB version)

G. Ray System – Влад (Jazz Step version)

Мой рассудок безуспешно пытался оправдаться,
Куда ушел он, и что могло с ним статься.
Апокалипсис мысли, молотов коктейль,
Я пью уже давно.., а впереди апрель…
Пару секунд думал, устал жутко,
Раньше не мог остановиться, хоть на минутку.
Решал вопросы целого, частное не в счет,
Если Господь не примет, то может черт возьмет?..
Самокапание, мысли, больной рассудок стонет,
Стоим по пояс в воде, ждем кто первый утонет.
И Бог закрыл очи, не мог он видеть это,
Как двое топят друг друга, а завтра было лето…

Пр.
Холст размалеван красками – экспрессия,
В памяти всплывают образы – не весело.
Жизнь разменял на всякое, пустяки,
А мог бы тебе посвятить – прости…

Слова цепляли душу, взгляды тела сжигали,
Всего то было нужно, чтоб не бросали, ждали.
В твоих руках оружие, курок, и так не смело,
Душу на вылет, солью разъело, онемела.
Рука на пульсе, сердце, обморок, забвенье,
Всего два килогерца – и будет воскресенье.
Дожить пытались вечность, себя мы в ней теряли,
Прости мою беспечность, не думал о финале.
Я гладил твои плечи, а ты дрожала – нервы,
Наверно, жить хотела, раз вырывалась – стерва!
Я отпустил неспешно, в воде скрывая руки.
Во мне святой и грешник рождают сердца стуки…

Пр.
Холст размалеван красками – экспрессия,
В памяти всплывают образы – не весело.
Жизнь разменял на всякое, пустяки,
А мог бы тебе посвятить – прости…
Пр.
Холст размалеван красками – экспрессия,
В памяти всплывают образы – не весело.
Жизнь разменял на всякое, пустяки,
А мог бы тебе посвятить – прости…

(с) Зоркий

Не будет тишины в сердце полном огня.

Только вот и любви не должно быть в нем,

Только я и муза, вдвоем под дождем.

Нет со мной тепла человеческих встреч,

Зато есть огонь, готовый меня сжечь.

Я дам ему первых пришедших строчек в дань,

А он потом прошепчет моей любви – отстань.

Не можем быть вместе, я – равно печаль,

Я вечный искатель, как бы было не жаль.

Я остаться не могу ни с тобой, ни с другой,

Но останутся в стихах все кто были со мной.

И сколько так будет – я не знаю сам,

Ведь давно мои стихи – никому не нужный хлам.

А огонь напоминает, что внутри меня,

Есть только два места, для музы и огня…